Ассоциация Любителей Фреток

Ассоциация Любителей Фреток horek.com - все о домашних хорьках

Расписание мероприятий АЛЬФ

Клуб

Выставки

Ваш питомец

Справочники

Ветеринария

ХОРИстории

Библиотека

Галерея

Гуляния

Развлечения

Книга отзывов

Конкурсы

КонФЕРРЕТция


Хори на продажу

Бронировать хоря.



HTC MAX 4G - коммуникатор нового поколения для сети Yota

ИЗ ЖИЗНИ ФРЕТОК. ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ИЗ ЖИЗНИ ФРЕТОК

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

(Не до разговоров)

Субботнее утро было сырым и промозглым, небо затянуто тучами - то-то Гарольд вчера весь вечер спал! Он всегда перед дождем сонный.
Когда я пришла на работу, выяснилось, что в связи с новой попыткой похищения ребенка в парке Баллантайн городское управление полиции решило провести брифинг для журналистов, и туда поехал Джефф Тримейн.
Конечно, он репортер уголовной хроники - но ведь предыдущую статью писала я, а значит, и тема про похищения тоже моя - так что я сочла это полнейшей несправедливостью. И хотя Биллу, разумеется, виднее, кого и куда посылать, но когда он меня вызвал насчет воскресной статьи, я постаралась ему свою обиду показать - недовольным выражением лица и ледяной холодностью в общении.
Он сделал вид, что ничего не заметил. Статью похвалил, вычеркнул несколько наиболее острых высказываний в адрес телезвезды, сказал: "Добавь еще пару реверансиков, чтобы не только в негативе ее рисовать - и можно будет печатать".
И я пошла добавлять "реверансики"...

Джефф вернулся из управления полиции недовольный - только время зря потратил.
Брифинг оказался абсолютно "пустым". Офицер полиции по связям с общественностью заявил, что они-де уверены, будто это два совершенно разных, не связанных между собой эпизода, и в первом случае никакой попытки похищения, скорее всего, не было - ребенок просто заблудился, а потом соврал про "дядю". А во втором - да, действительно, имела место попытка похищения - к счастью, никто не пострадал; полиция ведет следствие. Но говорить о "серийном педофиле" нет ни малейших оснований.
Словом, обычная болтовня, чтобы народ успокоить.

К обеду погода немного разгулялась, в тучах появились просветы, даже солнце порой проглядывало. Да и настроение у меня стало чуть получше.
Окончательный вариант статьи Билл одобрил, написал "В печать" - так что рабочая неделя моя была, наконец, закончена. Ну, и раз так, я решила съездить домой за Гарольдом и отправиться вместе с ним на гулянку. Я уже два дня никуда его с собой не брала, и он наверняка соскучился по светской жизни!
Нет, гулянка - это не вечеринка с коктейлями, и вообще не какое-то организованное мероприятие. Просто по субботам, после обеда, владельцы хорьков обычно собираются на лужайке за университетским кампусом и дают своим питомцам пообщаться, а сами пока обмениваются сплетнями "из жизни фреток".
К тому времени, как я подъехала, на лужайке уже собралась неплохая компания: больше дюжины фреток и человек восемь владельцев. Хорьки сновали в траве, знакомились и общались - а люди, собравшись в кружок, возмущенно что-то обсуждали. Как выяснилось, речь шла о показанном позавчера по третьему каналу сюжете про хорьков (как же это я пропустила?!)
Оказывается, "эти поганые журналюги" (как выразился владелец близнецов-альбиносов Томми и Бобби), публично, по телевизору, обозвали хорьков "хищными грызунами"! Нет, вы представляете, какими-то паршивыми грызунами, вроде крыс и кроликов! Не удосужились проверить даже, а то узнали бы, что хорек - это самый что ни не есть хищник, близкий родственник росомахи (интересно - росомаха для них тоже грызун?!!!)
Впервые мне было стыдно за свою профессию. Хорошо, что здесь никто не знает, что я журналистка!
К счастью, тема разговора быстро сменилась на не менее актуальную: как отучить хорька грызть электропровод. Тут я с гордостью выложила свой (точнее, Стивена) патент: намазать провод маслом для отвинчивания приржавевших винтов. Керосин хуже: запах быстрее выветривается.
То и дело я посматривала на Гарольда - не убежал ли далеко. Но он, как обычно, играл со своей сестричкой Генриеттой, а когда она устала, начал вынюхивать что-то в траве, потом нашел подходящее место для норы и заработал лапками так, что только земля в разные стороны полетела.
Владельцы тем временем заговорили на "нехорьковую" тему - о том, какие ужасы творятся в городе. Речь шла о похищении детей в парке Баллантайн. Тут уж я навострила уши: из таких разговоров много чего интересного можно узнать!
- В полиции просто сплошные бездари сидят! - сообщила хозяйка черненького Макса (мой Гарольд с ним как-то подрался). - И работать не хотят! Ведь еще на позапрошлой неделе в парке этом ребенка пытались похитить, я точно знаю: это сынишка подруги одной женщины, с которой я в прачечной разговорилась, пока белье стиралось. Она мне все рассказала! На минутку в туалет забежала, вышла - и видит, что мальчика на месте нет, где она ему стоять велела; оглянулась - а его какой-то мужик по дорожке ведет. Ну, она закричала, кинулась к ним, и пока добежала, ребенок уже один на дорожке стоял, а мужика как ветром сдуло.
- А в полицию она обращалась? - спросила я.
- Вот еще! Она сына схватила и домой побежала! Потом, правда, сходила в полицию - так ей там сказали: "Опишите мужика". А как она его опишет, если только со спины видела?! Ну мужик и мужик, с задницей!...
Нечего и говорить, что весь этот волнующий рассказ был тщательнейшим образом записан на диктофон. Без своих "рабочих инструментов" я из дома не выхожу - мало ли что подвернется!
Затем все начали спорить о том, почему хорькам нельзя есть апельсины - а я задумалась: как бы половчее подкатиться к Биллу, чтобы он отдал мне записи Джеффа по пресс-конференции? В сочетании с тем, что у меня в диктофоне, выйдет неплохая статья, обличающая бездействие полиции!
Но ведь он может и наоборот сделать - сказать, чтобы статью писал Джефф! Нет, этого допустить нельзя!
Я невольно взглянула на колесо обозрения - с лужайки его было хорошо видно, парк Баллантайн совсем недалеко от кампуса. И, не знаю почему, мне вдруг захотелось туда пойти. Наверное, сработало то самое "чутье журналиста", которое, как утверждает отец, у меня наследственное.

Для начала, меня в парк не пустили.
- С собаками нельзя! - сказал билетер, указывая на Гарольда, который чинно трусил рядом со мной на поводке.
Я не стала читать парню лекцию по зоологии и объяснять, что фретка - это не собака, не кошка, не барсук, не хомяк, не крыса, не выхухоль - и так далее. Просто отошла на несколько шагов, посадила Гарольда в сумку и вошла через соседний турникет.
Уставший за время прогулки хорек, едва оказавшись в привычном меховом гнездышке, свернулся в клубочек и решил поспать. А я отправилась бродить по парку.
По дороге я объяснила самой себе, зачем я сюда пришла: чтобы сделать несколько снимков людей с детьми, трогательных и колоритных, а потом вставить их в статью с подписью: "Догадываются ли эти люди, какая опасность грозит их детям из-за бездействия полиции?!" Возможно, то, что у меня, помимо диктофонной записи, будет еще и готовый фотоматериал, убедит Билли отдать статью мне?

Сделав около дюжины снимков, я решила вознаградить себя за трудолюбие - тем более что снимки должны были получиться на редкость удачные: кругленькая уютная старушка с двумя внучками-близнецами; отец, вручающий сыну только что выигранный в тире приз - огромного надувного жирафа; девочка, похожая на гномика в папиной куртке с капюшоном - читатели от умиления прослезятся.
Поэтому я купила себе мороженое и села на скамейку напротив колеса обозрения. Вздохнула: с колесом этим у меня связаны самые сентиментальные воспоминания - когда-то, уже больше трех лет назад, здесь мы со Стивеном впервые поцеловались. Дело было ранней весной, и я до сих пор помню, какой у него был холодный нос!...
Мороженое было вкусное, с шоколадным стерженьком внутри; я ела его медленно и с удовольствием. Слава богу, Гарольд крепко спал - а то бы непременно учуял сквозь сумку свое любимое лакомство и пришлось бы делиться!
Начинало смеркаться; все вокруг было тихо, спокойно и мирно.
- Па-ап, а мы на колесо пойдем? И в "качающийся дом" тоже, да? А как ты думаешь, я на ногах там устою, па-ап?... - радостный детский голос я услышала еще до того, как "па-ап" с сынишкой появились из боковой аллеи недалеко от меня.
Мальчишке было лет шесть - он сиял до ушей, подпрыгивал, цеплялся за руку отца и трещал не закрывая рта:
- Па-ап, а мороженое ты мне до колеса купишь или после? Лучше после! А мы на карусель пойдем?
При этом он выглядел таким по-щенячьи счастливым, что я не удержалась и быстро незаметно его сфотографировала. Не в эту статью, так на будущее пригодится - уж очень пацаненок забавный!
На отца я взглянула лишь мельком, лицо его показалось мне смутно знакомым. Но они уже прошли мимо, и, глядя на его удаляющуюся спину, мне оставалось только гадать - не этот ли тип в прошлом месяце мою машину ремонтировал? Или тот пониже и поплюгавее был? Во всяком случае, судя по простецкой красной рубахе в клетку и по общей небритости, к тем VIP-персонам, которых любой журналист обязан знать в лицо, человек этот явно не принадлежал.
Наконец я доела мороженое, встала и пошла по дорожке, лениво раздумывая: двинуться уже в сторону дома - или сделать еще пару снимков? А может, тряхнуть стариной и прокатиться на колесе? Почему-то идея эта показалась мне вдруг необычайно привлекательной.

Стоя в очереди желающих взглянуть на парк с высоты птичьего полета, я снова заметила неподалеку папашу в клетчатой рубашке. Он сидел на скамейке рядом с сынишкой и что-то ему говорил - затем встал, махнул рукой и пошел по аллее.
Да что ж он делает, придурок, куда он поперся?! Он что, газет не читает?! Разве можно сейчас в этом парке ребенка одного оставлять?!
Куда - быстро стало ясно: пройдя ярдов двадцать, он свернул на дорожку, украшенную стрелкой с надписью "Туалет". Черт его побери, мог бы и сына с собой взять!
В этот момент очередь начала быстро продвигаться, и через минуту я уже сидела в кабинке, поднимаясь все выше и выше.
Я так давно здесь не была, что и забыла, как это красиво! Уже начало темнеть, и все внизу было залито разноцветными огнями, пруд сиял и переливался в свете прожекторов, а карусель крутилась и подмигивала яркими лампочками.
Перевалив через верхнюю точку, кабинка поползла к земле - теперь, если как следует высунуться, можно было увидеть внизу аллею и скамейку, где сидел мальчишка. Увы, там по-прежнему маячила одинокая детская фигурка...
Да что у этого придурочного папаши - живот, что ли, прихватило?!
Кабинка сделала полный оборот, и я снова взглянула вниз. Слава богу, на скамейке было уже пусто.
А вон и отец с сыном, идут по аллее - теперь можно не беспокоиться...
Я достала фотоаппарат - сфотографировать сверху подсвеченную лампочками карусель - и вдруг меня словно током ударило! Только теперь до меня дошло: мужчина, уводивший мальчика, был в футболке. В темной футболке, а не в красной клетчатой рубашке!
Судорожно вскочив, я перегнулась через борт, пытаясь рассмотреть его - но кабинка уже ползла вверх, и все заслонила решетчатая опора колеса. Руки сами перевели аппарат на режим непрерывной съемки, установили максимальную дальность: вдруг между перекрещивающимися стальными трубами удастся хоть что-то углядеть?!
Колесо ползло, как черепаха. Ничего, сейчас... еще немножко - и все будет как на ладони!
- Эй, ты что? - раздалось сверху. - Вывалишься!
Я вскинула голову - на меня таращила глаза парочка из соседней кабинки. Махнула рукой - хоть вы-то отстаньте! - и снова свесилась вниз.
Вот они! В конце аллеи снова мелькнули мужчина с мальчиком. Мелькнули - и скрылись, но я успела поймать их в кадр!
И тут - буквально и двух секунд не прошло! - на дорожке, ведущей к туалету, показался мужчина в красной рубашке. Вышел на аллею, посмотрел налево, направо - сверху было хорошо видно, как поворачиваются в разные стороны залысины - подошел к скамейке, где прежде сидел мальчишка, и снова огляделся.
- Его увели! - заорала я, еще больше свесившись вниз.- Увели!!!
Он не слышал! Несущаяся из натыканных по всей аллее громкоговорителей музыка заглушала мои крики.
- Увели-ии! Туда!!! - замахала я руками.
Нет, бесполезно...
Кабинка по-прежнему ползла вниз; до земли оставалось еще футов двадцать. Накинув на плечо сумку, я перелезла через борт и повисла на руках, не обращая внимания на раздавшийся сверху вопль: "Смотри, смотри!!!"
Пятнадцать футов... Пора! Я разжала руки и приземлилась, куда и целилась: в центр клумбы. (Что мне - впервой, что ли? Мой "личный рекорд" - двадцать футов, высота второго этажа, между прочим!) Вскочила и, увязая по щиколотку в рыхлой влажной земле, побежала к по-прежнему растерянно оглядывавшемуся мужчине, выкрикивая на ходу:
- Эй! Его туда увели... мальчика... Туда, туда! Мальчика!
Он обернулся, громко переспросил:
- Билли?!
Я наконец выбралась на дорожку и махнула рукой:
- Туда! Мужчина в футболке, темной...
Слова застряли у меня в горле. Теперь, когда мы с папашей стояли лицом к лицу, я наконец вспомнила, где видела его раньше: это был тот самый красномордый тип с фотографии, сделаной "скрытой камерой" на Ленарт-стрит, про которого Пол сказал: "он в жизни приличного костюма не носил"...

Полиция подъехала минут через десять. Я рассказала им все, что видела. Мне велели завтра явиться в городское управление полиции - дать письменные показания - и забрали фотоаппарат. Поскольку все фотографии к тому времени были давно скопированы на флэшку, возражать я не стала: будет лишний повод зайти к детективу, ведущему это дело - авось что-нибудь новенькое удастся узнать! - а аппарат у меня есть и запасной.
После этого меня вежливо, но безаппеляционно выставили - чуть ли не под локоть проводили до ворот парка. Я позвонила Биллу, рассказала о случившемся и пообещала, что сейчас подъеду с эксклюзивным материалом; покрутилась немного в толпе у входа - вдруг кто-нибудь что-то интересное сболтнет?!
И все время в глубине души ждала, что, как и в прошлый раз, сейчас раздастся крик: "Нашли, нашли!" - но так и не дождалась...

М.К.
Продолжение cледует

© Камышанова Мария

ХОРЬошие новости
Серия вебинаров АЛьФ

Ветеринарные паспорта для хорьков, БЕСПЛАТНАЯ ПЕРЕСЫЛКА по России.

КРИТЕРИИ ОЦЕНКИ И БАЛЛЫ

ОКРАСЫ, РАСЦВЕТКИ И ИХ СОЧЕТАНИЯ

ПОЛОЖЕНИЕ О ЧЛЕНСТВЕ В АЛьФ

СКИДКИ НА УЧАСТИЕ В ВЫСТАВКАХ ДЕКОРАТИВНЫХ ХОРЬКОВ, ПРОВОДИМЫХ АССОЦИАЦИЕЙ ЛЮБИТЕЛЕЙ ФРЕТОК

КЛУБНАЯ ДОКУМЕНТАЦИЯ. ОБРАЗЦЫ.

ВЫБЕРИ ИМЯ ДЛЯ СВОЕГО ПИТОМЦА

ОТКРЫТКИ

ССЫЛКИ

ПИШИТЕ НАМ